Ну вот, опять. Сижу я, значит, в три часа ночи, потею над этой новой фичей для мобильного приложения, которое, наверное, никому не нужно. А в голове, как всегда, она. Лена. И не в смысле «легонькая и приятная», а в смысле «голова болит и хочется выпить». Мы вместе уже почти два года. Два года, потраченные впустую. Я, как программист, привык к логике, к четким инструкциям, к тому, что если сделал что-то не так, то есть причина и можно исправить. С Леной все наоборот. С ней нет логики, нет инструкций, а исправить ничего нельзя. Только можно выть на луну и пытаться понять, где ты допустил ошибку. Она, конечно, хорошенькая. Признаю. Глаза большие, волосы длинные, улыбка… ну, улыбка когда-то была искренней, наверное. Сейчас это скорее профессиональная гримаса, с которой она выпрашивает у меня жалость. Вчера опять началось. Я работал, как обычно, над оптимизацией алгоритма, пытался сделать так, чтобы приложение не тормозило на старых телефонах. Она пришла, села рядом, начала ныть. Мол, я не разговариваю, мол, я только о работе думаю, мол, я ее не замечаю. Я, конечно, объяснил ей в сотый раз, что оптимизация алгоритма – это важнее, чем ее нытье. Она, конечно, не услышала. Или услышала, но не захотела понимать. Потому что ей нужно внимание. Ей нужно, чтобы я отложил все и посвятил ей свое время. А я должен, по ее мнению, быть доступен ей 24/7. Она любит, когда я чувствую себя виноватым. Это ее любимый прием. Она делает вид, что обиделась, смотрит на меня этими своими огромными глазами, и я сразу начинаю чувствовать себя последним отбросом общества. А потом она, конечно, извиняется, обнимает меня, целует, и я думаю: «Ну, может, я погорячился». А потом все повторяется. Я пытался с ней говорить. Пытался объяснить, что мне нужно пространство, что я не могу постоянно быть на ее привязанной к ней петле. Она слушала, кивала, говорила, что все понимает. А потом… потом все возвращалось на круги своя. Я, как программист, привык к тому, что код должен быть чистым, лаконичным, эффективным. Наши отношения – это как куча мусора, сваленная в одну большую неразбериху. Никакой структуры, никакой логики, только хаос и боль. Я думаю, она просто умеет манипулировать. Умеет вызывать у меня чувство вины, умеет заставить меня делать то, что ей нужно. Я даже не знаю, как она это делает. Просто однажды я замечаю, что уже иду по ее сценарию. Я даже пытался найти в этом какой-то смысл. Может, я просто недостаточно стараюсь? Может, мне нужно больше внимания уделять? Может, мне нужно быть более терпимым? Но я, как программист, понимаю, что если в коде есть ошибка, ее нужно исправить. А здесь ошибку исправить нельзя. Я уже несколько раз думал о том, чтобы все бросить. Просто встать и уйти. Но я слишком трус. Или, может, я просто боюсь одиночества. Боюсь того, что после нее в моей жизни будет пустота. А потом я вспоминаю, что в моей жизни и так пустота. Только она еще и болит. Я просматриваю свой код. Закомментированные строки, старые проекты, недоделанные фичи. В этом есть хоть какая-то логика, хоть какая-то структура. В моей жизни с Леной нет ничего. Я снова сажусь за компьютер. Пытаюсь сосредоточиться на работе. Но в голове только она. Ее нытье, ее слезы, ее манипуляции. Я закрываю глаза и представляю себе, как пишу программу, которая удалит ее из моей жизни. Но знаю, что это невозможно. Потому что она уже удалила меня из моей жизни. Я открываю глаза и продолжаю работать. Потому что это единственное, что у меня осталось. Единственное, что я умею делать. Единственное, что дает мне хоть какой-то смысл. Завтра она, наверное, опять будет ныть. А я опять буду чувствовать себя виноватым. И опять буду думать о том, как бы все бросить. Но не брошу. Потому что я трус. Или, может, я просто привык. Я закрываю программу и смотрю на часы. Три часа ночи. Пора спать. Но я знаю, что мне не удастся уснуть. Потому что в моей голове уже крутится ее лицо. И я знаю, что завтра все начнется снова. И снова и снова. Бесконечный цикл. Default.
И не в смысле «легонькая и приятная», а в смысле «голова болит и хочется выпить»
