Я, конечно, не…

Я, конечно, не маг. И определенно не тот человек, который может просто «взять и простить себя». Простить себя? Да я бы лучше сейчас миллион долларов просил! Но, знаете, врачи говорят, что нужно «работать над собой». И вот, сижу я, в этой моей, как бы это выразиться, норе, и думаю, что я вообще какой-то просроченный продукт. Прошло уже лет десять с тех пор, как я, судя по всему, окончательно свернул с дороги. Ну, не то чтобы я сознательно. Просто я решил, что меня можно заработать на чем угодно, и, видимо, выбрал самые неэффективные варианты. Управлял грузовиком, занимался фрилансом, пытался продавать антиквариат, который, как выяснилось, был антикварным только в том смысле, что он был, ну, очень старым. И каждый раз, как обычно, проваливался. И вот теперь, когда мне уже за сорок, у меня есть долги, крошечная квартирка, которую я называю «домом», и постоянное чувство вины, как будто я всю жизнь предал кого-то, кто меня, в принципе, и не любил. Но кто виноват? Я, конечно. Я был глуп, импульсивен и, похоже, абсолютно не умел планировать. Пытался я простить себя, конечно. Ну, вы знаете, как это бывает. Закрыл глаза, набрал воздуха в грудь, представил себе, как говорю: «Все хорошо, все будет хорошо». И что? Ничего не меняется. Я все равно продолжаю жить в этой клоаке, зарывшись в старые счета и ощущение собственной никчемности. Я, правда, не понимаю, зачем вообще нужна эта концепция «прощения». Как будто я могу просто взять и стереть все ошибки, как будто это были какие-то ошибки, а не череда нелепых и, откровенно говоря, бездарных поступков. Пытался я читать какие-то книги о саморазвитии, смотреть мотивирующие ролики в интернете, но все это звучит как какое-то высокопарное бессмыслица. «Примите себя», «верьте в себя», «не сдавайтесь». Да, мне все это надоело! Я не «верю» в себя, я просто пытаюсь не сойти с ума. И, честно говоря, мне кажется, что все эти «успешные» люди просто очень хорошо умеют приукрашивать свою жизнь. А я сижу здесь, в этой своей норе, и думаю, что, наверное, мне нужно просто смириться. Но, знаете, что? Я не думаю, что я вообще способен на «смирение». Мне кажется, что я просто должен продолжать это делать – пытаться. Не знаю, что я ищу. Возможно, я просто хочу, чтобы кто-нибудь, хоть кто-нибудь, сказал мне, что все будет в порядке. Но, думаю, это невозможно. Так что я сижу, смотрю на потолок, и думаю, что, возможно, самое главное – это не прощать себя, а научиться жить с этой виной. И, может быть, когда-нибудь, я даже перестану чувствовать себя таким полным уныния. Хотя, честно говоря, я не очень-то в это верю. И, знаете, что самое обидное? Это, наверное, не страшно. Просто пустота. Очень, очень пустая пустота. А может, и вовсе я просто слишком много думаю об этом. Наверное, пора бы уже что-нибудь поделать. Или просто поспать. Но, знаете, я и это не умею делать хорошо.